Уральск.
Mergaliyeva Liliya Igorevna - Doctor of Economic Sciences, Professor,
Uralsk.
Кызылорда.
Beketova Kamar Nazarbekovna - Candidate of Economic Sciences, Associate Professor,
Kyzylorda.
Уральск.
Gizzatova Alla Islamovna – Doctor of Economic Sciences,
Uralsk.
Цель исследования – Настоящее исследование посвящено анализу разрыва в реализации декарбонизации в ресурсно-обеспеченном Казахстане, понимаемого как расхождение между официально декларируемыми климатическими целями и фактической динамикой выбросов. Используя Соединённое Королевство в качестве контрастного управленческого ориентира, статья рассматривает, каким образом законодательное закрепление климатических обязательств, согласованность политических инструментов, надёжность системы торговли выбросами, а также институциональный потенциал определяют способность государства трансформировать климатические обязательства в измеримые низкоуглеродные результаты.
Методология – В исследовании применяется сравнительный институциональный анализ, сочетающий изучение программных и нормативно-правовых документов, кейс-ориентированный анализ и вторичные статистические данные. Казахстан и Соединённое Королевство сопоставляются через призму управленческой траектории, связывающей климатические цели, нормативно-правовую архитектуру, инструменты политики, системы мониторинга, отчётности и верификации, механизмы правоприменения и фактическую динамику выбросов.
Оригинальность/ценность исследования Исследование вносит вклад в сравнительные исследования климатического управления, смещая аналитический акцент с формулирования климатических целей на институциональную способность к их реализации. В статье концепция разрыва реализации применяется к декарбонизации как к управленческой задаче, требующей не только стратегических обязательств, но и действенных правовых, регуляторных и институциональных механизмов. Такой подход особенно значим для ресурсно-обеспеченных экономик, характеризующихся высокой углеродоёмкостью экспорта и растущим внешним давлением со стороны климатически ориентированной торговой политики, включая Механизм трансграничного углеродного регулирования Европейского союза (CBAM).
Результаты – Анализ показывает, что разрыв в реализации декарбонизации в Казахстане обусловлен недостаточно прочным законодательным закреплением климатических целей, фрагментарностью политических инструментов, ограниченной результативностью системы торговли выбросами, неравномерным развитием систем мониторинга, отчётности и верификации. Опыт Соединённого Королевства демонстрирует, что юридически обязательные углеродные бюджеты, независимый институциональный надзор, согласованные инструменты политики, надёжное ценообразование на углерод и развитые системы мониторинга, отчётности и верификации позволяют сократить разрыв между заявленными обязательствами и их практическим выполнением.
Purpose of the research This study examines the decarbonization implementation gap in resource-rich Kazakhstan, understood as the distance between formally stated climate ambition and observed emissions outcomes. Using the United Kingdom as a contrasting governance benchmark, it investigates how legal anchoring, policy-instrument coherence, Emissions Trading Scheme (ETS) credibility, and enforcement capacity shape the translation of climate pledges into measurable low-carbon outcomes.
Methodology The paper employs comparative institutional analysis, combining policy document review, case-based evidence, and secondary statistical data. It compares Kazakhstan and the United Kingdom across a governance pathway linking climate targets, legal frameworks, policy instruments, monitoring, reporting and verification systems, enforcement mechanisms, and emissions trajectories.
Originality/value of the research The study contributes to comparative climate-governance literature by shifting attention from climate ambition to implementation capacity. It extends the implementation-gap perspective to decarbonization as a governance challenge, particularly for resource-rich economies exposed to fossil-fuel dependence, carbon-intensive exports, and external climate-trade pressures such as Carbon Border Adjustment Mechanism (CBAM).
Findings The analysis shows that Kazakhstan’s implementation gap is shaped by weak legal anchoring, fragmented policy instruments, limited ETS effectiveness, uneven Monitoring, Reporting and Verification (MRV) capacity, and limited enforcement credibility. The UK case demonstrates how legally binding carbon budgets, independent oversight, coherent instruments, credible carbon pricing, and MRV systems can narrow the gap between pledges and delivery.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.